О пути в финансы

— Андрей, расскажите, как вы попали в финансовую сферу? Это было осознанное решение?

— Мой путь в финансы — это классическая история 90-х, где всё пошло не по плану, но получилось интереснее.
По образованию я инженер-химик-технолог. После института пошёл в аспирантуру и всерьёз думал всю жизнь заниматься наукой, но… на дворе были 90-е, и выяснилось, что инженеры стране не нужны, а в науке можно забыть о сколько-нибудь существенных доходах.

Тогда меня зацепила тема рынка ценных бумаг. В тот момент рынок только формировался. Ещё не появилась ни инфраструктура, ни привычная нам законодательная база, ни даже нормальные источники информации. Полным ходом шла чековая приватизация, и как грибы после дождя росли финансовые пирамиды вроде МММ.

Это был 1994 год. Совершенно случайно я встретил человека, который хотел создать свою собственную брокерскую компанию, и он позвал меня в команду. Мы проработали вместе недолго, но я успел получить столько знаний, сколько не дали бы годы учёбы, и даже успел получить аттестат Минфина, который был нужен как пропуск в профессию.

С тех пор я с рынком не расставался. На рынке ценных бумаг я прошёл путь от трейдера до генерального директора крупного онлайн-брокера, успел поработать и в корпоративных финансах. А последние 10 лет я занимаюсь скорее вопросами регулирования рынка на руководящих позициях в саморегулируемых организациях.

С финансовыми советниками я познакомился ещё в 2007 году, когда на рынке появился Институт независимых финансовых советников (ИНФИС). А когда в 2018-м в законе наконец появилось слово «инвестиционный советник», я решил, что мне интересно приложить руку к развитию этого направления в России. Но, как часто бывает, судьба слегка поправила мои планы. Я понял, что финансовый консалтинг — это гораздо более широкое понятие, чем консалтинг инвестиционный, и в итоге СРО НАСФП, где с 2018 года работаю директором, стала саморегулируемой организацией в сфере финансового планирования, а не в сфере инвестиционного консалтинга.

С чего начинать инвестору

— С чего человеку начинать, если он хочет заняться инвестициями?

— В большинстве случаев у учебных заведений нет задачи сделать слушателей финансово грамотными. Например, студенты финансовых вузов могут хорошо понимать принципы работы рынка, прекрасно разбираться в корпоративных финансах, но при этом оставаться совершенно безграмотными в вопросах личной финансовой стратегии и личных финансов. Эти вопросы придётся изучать самостоятельно или с помощью финансовых советников.

Я бы сказал так: начинать надо не с инвестиций, а с вопроса «зачем».

Часто вижу сценарий: человек копит деньги, видит, как растут цены, и чтобы сохранить сбережения от инфляции, бежит покупать акции или облигации. Это ошибка. Инвестиции без цели — это просто игра с цифрами, которая не имеет предсказуемого результата.

Я считаю, что начинать нужно с формулировки собственных целей. Сядьте и честно спросите себя: чего вы хотите через 5, 10, 20 лет? Сменить работу? Купить квартиру? Отправить детей учиться за границу? Выйти на пенсию раньше и путешествовать? Именно цели задают горизонт, риск-профиль и логику всей вашей финансовой стратегии. А когда стратегия есть, выбор инструментов становится совсем простой задачей.

Но при этом подушка безопасности — это абсолютный минимум, с которого должен начинаться любой план. Без неё вы будете зависеть от случайностей: сломалась машина, заболел зуб, потеряли работу — и придётся продавать активы, часто себе в убыток. Либо залезать в кредит.

Если оставить за рамками нашего разговора текущую экономическую и геополитическую ситуацию, то Андрей Паранич обратил внимание на следующие угрозы для частных инвесторов:

— Насколько стоит доверять советам сотрудников брокеров и управляющих компаний?

— Между розничным клиентом и крупными игроками рынка почти всегда существует конфликт интересов. Например, брокеру выгодно, чтобы клиент торговал активно, желательно с плечом, желательно более рискованными инструментами. Чем больше транзакций — тем выше комиссионный доход. И сотрудник компании, скорее всего, будет мягко подталкивать клиента в эту сторону. Вопрос: совпадает ли это с интересами самого клиента? В подавляющем большинстве случаев — нет.

Означает ли это, что с представителями финансовых организаций нельзя разговаривать? Нет, не означает.
Сотрудники финансовых компаний действительно лучше информированы о текущей рыночной ситуации, о свойствах инструментов, об услугах компании. У них есть аналитика и внутренняя экспертиза, которой нет у среднестатистического инвестора.

Но каждый разговор с сотрудником брокера или управляющей компании должен проходить через фильтр: «А что здесь выгодно им, а что — мне?». Клиент обязан понимать природу конфликтов интересов и быть готовым принимать финальные решения самостоятельно, опираясь на собственные знания и заранее продуманную стратегию.

О мошенничестве и проекте «Стоп.Обман»

— Мошенничество на финансовом рынке — насколько это острая проблема сегодня?

— Мошенничество — это, к сожалению, не просто серьёзная проблема, а настоящий бич для огромного количества россиян. По данным Банка России, только в 2025 году мошенники похитили со счетов граждан 29,3 миллиарда рублей — это на 6,4% больше, чем в 2024-м. Количество таких операций выросло на 31,2%, превысив 1,5 миллиона. И это лишь зафиксированные потери. Также регулятор выявил более 7 тысяч субъектов с признаками нелегальной деятельности на финансовом рынке, включая финансовые пирамиды и псевдоброкеров.

Видеоролики «Стоп.Обман» — это просветительский проект, который мы запустили совместно с каналом Finversia при поддержке АРФГ. Можно сказать, что это продолжение предыдущего проекта канала Finversia «Стоп.Пирамида», но в другом формате. «Стоп.Обман» — это серия предельно коротких, конкретных видеороликов, в которых мы разбираем наиболее распространённые мошеннические схемы. Ролики выходят на нескольких платформах: YouTube, Rutube, Дзен и ВКонтакте.

Мы хотим, чтобы зритель за пару минут мог получить чёткий сигнал об опасности. Мошенники не стоят на месте, и их методы постоянно эволюционируют. Ролики формируют у зрителей «насмотренность», снижая вероятность, что они попадутся на их удочку.

Мы запланировали сделать не менее 45 выпусков в течение этого года.

О ценностях, которые передаются дальше

— Какие ценности есть в вашей семье, которые вы хотите передать следующему поколению?

— Для меня одна из центральных ценностей — ответственность. Не в смысле тяжёлого долга, а в смысле понимания: моя жизнь, мои решения и мои отношения во многом являются результатом моих собственных выборов.

Вторая ценность — честность и возможность разговаривать друг с другом о сложном. Мне близка идея отношений без обмана, основанных на искренности, доверии и прозрачных договорённостях.

Ещё одна важная ценность — близость без потери себя. Семья не должна уничтожать индивидуальность человека. Но и индивидуальная свобода не должна превращаться в отсутствие обязательств перед близкими.

Мне важно передать детям уважение к семье не как к формальной конструкции, которую нужно сохранить любой ценой, а как к живой системе, которую люди создают своим ежедневным поведением.

И ещё — способность переживать трудности. Мне кажется опасной современная идея, что хорошие отношения — это отношения, в которых не бывает боли, конфликтов или кризисов. Бывают. Вопрос в том, умеем ли мы проходить их, не разрушая себя и друг друга.